Центр комплементарной медицины Татьяны Чернецкой

Лекарства из лягушек

В народных сказках, легендах и поговорках лягушки никогда не были отрицательными персонажами, и все народы мира, начиная с древнейших — шумеров, инков, кельтов, китайцев, — с тайной симпатией относились к этим квакающим существам.АСД-1 Лягушки в фольклоре нередко являются в виде добрых вещуний, помощниц, нередко оборачивающихся писаными красавицами. Как показали исследования итальянского ученого, у такого отношения к лягушкам есть веские основания…

Жизнь тем прекрасна и удивительна, что в ней всегда есть место новым чудесам. Одно из них произошло совсем недавно, после того, как римский профессор Витторио Эрспамери опубликовал в журнале «Темпо медико» статью, которую десятки газет мира пересказали с сенсационными подзаголовками типа «Чудовищный нокаут синтетическим лекарствам» и «В следующем веке лечиться будем жабами».

Когда журналисты помчались разыскивать автора, они нашли его в чрезвычайно скромной лаборатории на факультете фармакологии Римского университета.
Скромность, конечно, украшает человека, а тут открытия огромной важности сделаны были в полутемной крохотной комнате без окна.
Если говорить точнее, профессору великодушно отгородили тупик дальнего и глухого коридора…

— Ничего страшного! — пояснил он посетителям. — Я тут никому не мешаю.
Да и мне помешать трудно.
Ведь приходится возиться с внешне неприглядными объектами.
Кроме того, размышлять в тишине лучше.
Я ушел на пенсию и работаю самостоятельно.

В таких условиях, которые журналисты окрестили «биохимической бочкой Диогена», 80-летний профессор-пенсионер вместе с женой открыл, исследовал и рекомендовал для практики более 90 видов биоактивных веществ — чудодейственных лекарств без каких-либо побочных действий для людей.

Полвека профессор шел к своим открытиям.
Он обнаружил лечебные вещества в тканях гусениц, моллюсков, кузнечиков, пауков, муравьев, коралловых полипов.

Затем целиком переключился на лягушек.
— Эти создания, — утверждает Витторио Эрспамери, — целая фармацевтическая фабрика.
Нельзя сказать, что ранее римский профессор был безвестен.
У него опубликовано почти 600 научных работ по целебным средствам из тканей животных и насекомых.
Пять раз его выдвигали на Нобелевскую премию, но он ни разу ничего не получил, если не считать одного невразумительного отказа. Нобелевский комитет — бо-о-о-льшу-щая загадка XX века!..
Каково же главное открытие профессора Витторио Эрспамери?

Он выделил в чистом виде из кожи самой обычной итальянской лягушки удивительно целебные молекулы — пептиды, амины и биоактивные вещества с антибиотическими и ферментными свойствами.
Первое, чему аплодировал научный мир, это «церулеин» — чудотворное лекарство, снимающее колики воспаленного желчного пузыря. Оно сулит шанс успокоения острых резей и при внутренних язвах и опухолях. И успокаивает в данном случае не яд, а пептид, состоящий из групп природных аминокислот. Токсичностью не обладает, побочных эффектов не дает!
— А есть ли все-таки недостатки?
— Есть. Для лечения необходимы очень малые дозы. «Церулеин» крайне прост в производстве, стоит гроши.
Словом, он неудобный конкурент дорогих и сложных препаратов, в первую очередь синтетических.
Он как бы непрошенный гость в мире современных лекарств…

Между тем врачи в один голос заявили, что «церулеин» весьма перспективен и крайне необходим тяжелым больным.
И профессора уже тысячи раз спрашивали, когда же столь обнадеживающий «препарат из лягушки» появится в аптеках.

Проясняющий ответ Витторио Эрспамери дал корреспондентам итальянской газеты «Унита»:
— Недавно получил официальное письмо от государственной организации. ведающей вопросами апробации и регистрации новых лекарств.
Сообщают, что это обойдется мне в миллион долларов.
Я знаю, что «церулеин» безопасен, универсален в действии.
Но фармацевтическим фирмам от него больших прибылей не будет.
Вот и ставят мне заранее палки в колеса.
Я давно сомневался в том, что безжалостные законы бизнеса следует переносить на вопросы здоровья человека.
Когда профессор-пенсионер говорит, что судьбу новых открытий решают управляющие фабрик, маклеры и биржевики, он саркастически улыбается:
— Бизнес не должен быть безнравственным. Об этом предупреждал еще Адам Смит.
— Блестящую идею остановить, задушить и похоронить нельзя! — оптимистически заявили журналисты.
— Конечно, — согласился профессор. — Но удается задерживать вот в таких тупиковых коридорчиках…

— Но есть ли все-таки просвет в конце этого коридора?
— Почему же? Есть.
Во-первых, я связываю его с нынешним ростом здравомыслия во всем мире.
Быть может, в фармакологии появятся смелые люди вроде «зеленых» в экологии. Такие и победят законы бешеных доходов за счет синтетики, побочные действия которой еще скажутся на нашем потомстве.
Ведь известно уже, что дети глохнут и слепнут от антибиотиков.
Во-вторых, лекарственные субстанции из лягушек, жаб, моллюсков и насекомых начинают изучать в Австралии, Индии, США, ФРГ, Японии.
Международное сотрудничество ученых, я уверен, победит эгоизм фармацевтических концернов и консорциумов.
Не могу не отметить успешные работы американцев, которые открыли в коже африканской жабы два важных биофактора.
Один из них — протеин, способствующий быстрому зарастанию открытых ран, а второй — полипептид, активно подавляющий микрогрибки и бактерии, в частности стафилококки.
Американцы, получив, как и я, отказ от фирм, испытали полипептиды на самих себе и открыто написали об этом в газетах.
Разразилась целая буря.
Теперь появилась надежда на помощь общественности.
Единственное, что мне не нравится у американцев, — предложение синтезировать новые антибиотические вещества.
Это — опасный путь.
Я не перестаю повторять, что получение из лягушек и жаб лекарств от 20 до 200 раз дешевле, чем синтез. О безупречном качестве природных соединений и говорить не приходится…
Кстати, профессор Витторио Эрспамери был скромен в этих пояснениях.
Он сам открыл и проверил целую гамму антибиотических полипептидов, да еще у семи видов лягушек и у нескольких видов мягкотелых, включая полипы.
Они лечат астму, кожную аллергию, грипп, быстро заживляют бытовые порезы, успокаивают расшалившиеся нервы, повышают общую иммунную сопротивляемость человека. И он тоже испытывал их на себе и на своей жене Джулиане.

Сейчас профессор создает большой научный трактат по этим проблемам, а итальянским журналистам он подбросил шутку:
— Неужели вы сами не могли додуматься до того, что в тканях лягушки должны быть защитные антибиотики?
Ведь кожа у них гладкая и тонкая, а живут они в застоялой воде болот или в грязи под камнями.
Если они прекрасно выживают в среде, кишащей опаснейшими микробами и микрогрибками, значит, теоретически должен быть механизм противодействия.
В этом месте нельзя не упомянуть еще и работы австралийских биохимиков из Аделаиды.
Из секрета кожных желез жаб и древесных лягушек своего континента они выделили и описали 35 типов пептидов и биологически активных веществ, сходных по действию с антибиотиками.
И вот что оказалось: лекарство из лягушек убивает золотистых стафилококков, вызывающих заболевание паршой у кроликов, кошек, домашних птиц и человека.
Уже есть основания надеяться, что одно из этих 35 веществ будет помогать при герпесе, считавшемся трудноизлечимым.
Австралийцев стоит упомянуть по двум причинам.
Во-первых, они добились одобрения своих работ у фармакологических компаний.
Некоторые лекарства намечено выпускать после проверки.
К разработкам уже приглядываются японцы, которые никогда не упустят хорошую новинку.
Во-вторых, австралийцы не предлагают тысячами и миллионами вылавливать лягушек для медицинских целей.
В этом случае аптеки получили бы новые препараты, но стало бы меньше овощей и фруктов, ибо земноводные уничтожают за один день миллиарды вредных насекомых, гусениц и слизняков.
Биохимики из Аделаиды намерены организовать фермы по разведению амфибий и лаборатории по их селекции.
Одна половина «урожая» пойдет на лекарства, а другая будет выпускаться на волю на радость фермерам.
Ведь не случайно лягушкам, уничтожающим вредителей, уже поставлено два бронзовых памятника.
Третий стоит во дворе Сорбонны, отмечая вклад амфибий в мировую науку.

Теперь снова вернемся в Италию.
Нарастающий вал наркомании — чудовищная проблема второй половины XX века, болезненный вопрос практически для всех стран мира. И вот он решается в тиши глухого университетского коридорчика. Бог с ней, с Нобелевской премией! Профессор не обижен на все человечество, хотя частенько горько ухмыляется.
Он вскоре подарит людям удивительную новинку. Журналистам удалось выведать ее суть.
— Так как у меня лично нет миллиона на внедрение «церулеина», — рассказал профессор-пенсионер, — и нет намерения разбогатеть, я продолжаю углубляться в изучение субстанций, извлекаемых из лягушек. Мною получен и испытан принципиально новый препарат «дерморфин».
Я дал его на проверку практикующим врачам, и они подтвердили мои прогнозы — он имеет сильно выраженное противоопиумное действие и мог бы использоваться в борьбе с чумой XX века — наркоманией.
Действительно, в официальных отзывах подтверждается, что «дерморфин» действует как успокаивающий наркотик. Но человеческий организм к нему не привыкает, не требует все новых и новых доз.
Пристрастие к обычному морфию или другому «белому яду» может пройти.
При испытаниях на добровольцах-наркоманах несколько капель нового препарата снимали мучительное состояние ломки всего тела, требующего яда еще и еще…
Настойчивый профессор-пенсионер «откопал» среди лягушачьих пептидов и более сильный антинаркотический препарат — «дельторфинит».
Он поможет и безнадежным наркоманам, и людям, испытывающим боли после серьезных хирургических операций. Однако автор открытия не спешит с рекламой: он должен разобраться в механизме сверхактивного действия. Но перспективы вырисовываются тут фантастические.

* * *

Любой, заглянувший в последний том энциклопедии, может узнать, что на планете обитает около 500 видов лягушек — от крошек, умещающихся на ногте мизинца, до голиафов весом по 700 граммов. И окраска у этих существ далеко не однообразная — есть ярко-зеленые и оранжевые, синеватые и красные, пятнистые и серые с пупырышками.
Есть такие, которые выводят своих детенышей в ямках на собственной спине, а другие — в мешке под горлом.
Есть еще неприглядные жабы, лягушки с крыльями и гиганты, способные проглотить мышь или крысенка.
И все это разнообразие амфибий — перспективные объекты для здравомыслящих фармакологов.

Теперь зададимся вопросом: сколько новизны в открытии лекарственного феномена лягушек?
В точности биохимических анализов, выведении формул и проверке целебности петидов новизна абсолютная, а вот в принципе получается, что тут «изобретен велосипед».
Богатая предыстория есть в народной медицине.
Жабы и лягушки известны лекарям давно.
Шаманы Сибири и знахари Южной Африки, народные целители Перу и Индокитая уже тысячи лет знакомы с лечебными свойствами этих животных и до сих пор используют кусочки их свежей кожи, сухих порошков и настоек в своем ремесле.
Лечат воспаление легких, тропическую лихорадку, грибковые поражения кожи, ожоги и недуги сердца.
Средневековые колдуньи в Европе умели складывать живых лягушек в плотный комок и на веревочке опускать в горло человека.
Ангина проходила за одну подобную операцию, будто болезни и не было.
Колдуньи ничего не знали про стафилококки, но лечили мастит у домашних животных и кормящих матерей.
Правда, их потом сжигали на кострах…

Автор — Дмитрий Арнаудов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Антиспам:

Посетителей на сайте:
Яндекс.Метрика
Реклама: